В России изобрели прорывную технологию борьбы с раком

0
8

В России изобрели прорывную технологию борьбы с раком

Публикуемая ниже новость, безусловно, важная и интересная. Только есть одно но… В чьих руках окажется подобный инструмент изменения вида „человек разумный”? Это, пожалуй, главный вопрос.

Однако есть и ещё один вопрос: в условиях капитализма, когда прибыль – главная цель деятельности корпораций, нанимающих учёных для разработки новых технологий, – в этих условиях достаточно ли исследуются возможные побочные эффекты на здоровье последующих поколений?

В России создана технология перепрограммирования лимфоцитов для быстрого и эффективного лечения заболеваний.В первую очередь ее планируется использовать для борьбы с раком, а в перспективе она сможет заменить привычные лекарства и от других болезней, в частности, от многих инфекционных заболеваний.

О том, как далеко российские ученые продвинулись в создании искусственного иммунитета, как можно научить лимфоциты бороться с конкретной болезнью, в интервью специальному корреспонденту РИА Новости Дмитрию Струговцу рассказал заведующий лабораторией механизмов регуляции иммунитета Национального медицинского исследовательского центра онкологии им. Блохина Минздрава России, профессор Дмитрий Казанский.

Расскажите, что представляет собой проект «Трансген»?

В России изобрели прорывную технологию борьбы с раком

Дмитрий Казанский: Проект «Трансген» по заданию Фонда перспективных исследований выполнялся с 2015 по 2018 годы, хотя в основе наработок лежат исследования, которыми мы с коллегами занимались в течение 20 лет.

Перед нами стояла задача создания быстрого и эффективного средства для иммунного ответа организма. Как известно, иммунитету всегда требуется определенное время для выработки необходимых лимфоцитов. Этот процесс обычно занимает несколько дней или даже недель.

В то же время известно, что некоторые вирусные заболевания развиваются и протекают быстро и не дают возможности организму сформировать иммунный ответ. Например, та же лихорадка Эбола. Мы же решили попытаться сразу создать лимфоциты с нужными рецепторами. Технически это задача вполне выполнимая.

Получается, речь идет о создании искусственного иммунитета?

Дмитрий Казанский: Можно и так сказать, то есть чтобы организм миновал фазу формирования иммунного ответа и получил его сразу искусственным путем.

Получилось?

Дмитрий Казанский: Да, показана возможность реализации такой технологии. Проведен большой объем доклинических исследований на линии подопытных мышей, которые имели экспериментальную модельную опухоль.

При наличии модифицированных лимфоцитов их организм с опухолью справлялся очень быстро. Если обычные мыши развивали иммунный ответ в течение 10-12 дней, то организм трансгенных мышей отторгал опухоль за 3-4 дня. Мы решили использовать этот эффект против инфекций. Нам удалось получить иммунитет к сальмонелле, листерии — мышиным патогенам, которые обычно приводят к летальным заболеваниям.

Сейчас полученные и запатентованные Фондом перспективных исследований методические наработки используются в Национальном медицинском исследовательском центре онкологии им. Блохина в рамках дальнейших работ. Началось создание биомедицинских клеточных продуктов, то есть непосредственно препаратов, которые будут лечить людей.

Когда будет создан образец для лечения?

Дмитрий Казанский: Это обозримые сроки, думаю, годы.

Против каких заболеваний можно будет использовать перекодированные лимфоциты?

Дмитрий Казанский: Речь идет об онкологических заболеваниях.

Это будет универсальное лекарство от онкозаболеваний?

Дмитрий Казанский: Универсальных лекарств не существует. Онкология — это сотни разных заболеваний, которые чаще всего имеют индивидуальный характер. А от этого напрямую зависят способы лечения.

Как реализуется сам механизм перепрошивки лимфоцита?

Дмитрий Казанский: Берется кровь человека, лимфоциты отделяются от прочих клеток, затем используются искусственные вирусные конструкции, чтобы внедрить в лимфоциты нужные гены. Процесс занимает всего несколько суток. После этого модифицированные лимфоциты вводятся обратно в организм и вы сразу же получаете человека со сформированной иммунологической защитой.

Для каждого пациента нужно менять гены в лимфоцитах персонально?

Дмитрий Казанский: Персонально. При этом, в силу недолгой жизни лимфоцитов, введение такой «вакцины без вакцин» нужно будет проводить время от времени для сохранения иммунной реакции.

Учитывая, что некоторые заболевания носят молниеносный характер, а внесений изменений в гены лимфоцитов занимает несколько дней, может быть, стоит сразу подумать о создании банка лейкоцитов для каждого жителя страны?

Дмитрий Казанский: Естественно. Для ускорения процесса можно создать генетические банки данных в отношении многих патогенов.

Можно ли будет в дальнейшем использовать наработки для борьбы с другими заболеваниями?

Дмитрий Казанский: Если когда-нибудь будет преодолен запрет на генетическую модификацию человека, то человечество избавится от наследственных болезней. Рано или поздно мы должны научиться их лечить. А как их научиться лечить? Только генетическими модификациями организма либо достигая временного эффекта введением модифицированных клеток организма с теми или иными генами. Можно будет избавить человечество от герпеса, прервать цепочку передачи вируса иммунодефицита человека или гепатита В.

Можно ожидать, что в отдаленной перспективе вместо похода в аптеку человек будет делать себе инъекцию лимфоцитов, уже запрограммированных на лечение конкретной болезни?

Дмитрий Казанский: В будущем да, но сейчас на это замахиваться рано. Трудно представить, чтобы мы начали лечить такими лимфоцитами обычную простуду, аденовирусную инфекцию или даже грипп. Но лечение некоторых особо опасных для жизни патологий нужно начинать таким способом уже сейчас.

Сделает ли такая технология в перспективе бессмысленными прививки, антибиотики?

Дмитрий Казанский: Пока нет. Прививка от гриппа — это отработанная технология, дешевая. Наша технология тоже будет дешеветь, но вряд ли станет такой же дешевой, как вакцина.

Как можно использовать технологии «Трансгена» в других областях?

Дмитрий Казанский: Можно сделать свинью, устойчивую к африканской чуме свиней, и гарантированно получить памятник при жизни от животноводов.

А за рубежом такие работы ведутся? Мы опережаем или отстаем в этих работах?

Дмитрий Казанский: Ведутся. В чем-то впереди мы, в чем-то они. Они, пожалуй, впереди в создании и использовании Т-клеточных рецепторов. У нас более совершенны алгоритмы их поиска, которые позволяют интенсифицировать и ускорить работу с получением нужных биомедицинских препаратов для лечения.

Что привлекло ФПИ в вашем проекте в первую очередь, учитывая, что фонд занимается вопросами обороноспособности страны?

Дмитрий Казанский: Все, что имеет медицинское применение, все, что касается иммунологии, обязательно относится к обороноспособности. В современном мире приходится иметь дело с новыми видами микроорганизмов, противостоять угрозе биотерроризма. Наша технология является частью стратегии обороны страны.

Как можно использовать «Трансген» для противостояния биотерроризму?

Дмитрий Казанский: Если появляется информация об угрозе инфицирования, то контингенту людей, которые будут непосредственно работать в очаге инфекций, вводятся измененные лимфоциты для защиты их организмов. Это представляет собой своего рода процесс ускоренной вакцинации.

Технология лечения онкологических заболеваний имеет большой коммерческий потенциал. Какие-то коммерческие компании на вас уже выходили?

Дмитрий Казанский: Пока нет. Пока у коммерсантов интерес к этому проекту ограничен в силу разных причин, прежде всего в связи с тем, что необходимо еще раз доказать безопасность и эффективность технологии в серии доклинических исследований на модельных животных по правилам, принятым в Российской Федерации.

Но думаю, когда технология покажет всю свою безопасность и эффективность, интерес будет большой.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here